stydentu_tici (stydentu_tici) wrote,
stydentu_tici
stydentu_tici

Category:

Максим Антоненко. ПАСТУХ В МЕГАПОЛИСЕ. Размышления над словом Евангелия

Истинно, истинно говорю вам: кто не дверью входит во двор овчий, но перелазит инде, тот вор и разбойник; А входящий дверью есть пастырь овцам: ему придверник отворяет, и овцы слушаются голоса его, и он зовёт своих овец по имени и выводит их; И когда выведет своих овец, идёт перед ними; а овцы за ним идут, потому что знают голос его; За чужим же не идут, но бегут от него, потому что не знают чужого голоса. Эту притчу сказал им Иисус; но они не поняли, что такое Он говорил им. Итак опять Иисус сказал им: истинно, истинно говорю вам, что Я дверь овцам. Все, сколько их ни приходило предо Мною, суть воры и разбойники; но овцы не послушали их. Я есмь дверь: кто войдёт Мною, тот спасётся, и войдёт и выйдет, и пажить найдёт. Вор приходит только для того, чтобы украсть, убить и погубить; Я пришёл для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком (Ин. 10. 1 – 10).

Десятая глава Евангелия от Иоанна открывается двумя притчами Иисуса Христа: в одной Он сравнивает Себя с пастырем, т. е. пастухом, в другой – с дверью овечьего загона. Вторая метафора кажется нам более экзотической, чем первая, и даже может показаться нелепой: Сын Человеческий говорит о себе, что Он – дверь наполненного овцами сарая. Но если мы думаем, что сравнение Иисуса с пастырем нам более понятно, то мы ошибаемся. Евангелист Иоанн пишет о слушателях Иисуса: Эту притчу сказал им Иисус; но они не поняли, что такое Он говорил им (Ин. 10. 6). Люди, которые жили бок о бок с животными и каждый день видели пастухов, не поняли смысл этого сравнения. Тем более мы, жители современных городов, не должны быть настолько самонадеянными, чтобы рассчитывать на его быстрое и лёгкое понимание. Не многие из нас своими глазами видели стадо овец или живого пастуха, а об особенностях животноводства на древнем Ближнем Востоке знают и вовсе единицы. И вот теперь задумайтесь хорошенько: эти две дремучие притчи – Слово Божие, которое призвано коснуться наших сердец и которое мы призваны возвещать нашим современникам. Людям эпохи скайпа и айпадов рассказывать о еврее Иисусе, который то сравнивал Себя с пастухом, то вовсе называл Себя дверью… Едва ли подобного рода риторические красоты сегодня кого-то убедят стать христианином. Нам бы сначала самим разобраться, что всё это значит!

Для того, чтобы сделать первый шаг в этом направлении, обратим внимание на то, кому и при каких обстоятельствах Господь предлагает эти притчи о пастухе и двери. Наставление Иисуса о пастыре было адресовано тем фарисеям, которые усомнились в подлинности исцеления Иисусом слепого от рождения человека. Эта история подробно описана в 9-й главе Иоаннова Евангелия. Иисус исцелил слепого в субботу, и поэтому некоторые из фарисеев говорили: не от Бога этот Человек, потому что не хранит субботы… Мы знаем, что с Моисеем говорил Бог; Сего же не знаем, откуда Он (Ин. 9. 16, 28). Иисус, в Свою очередь, ответил им: На суд пришёл Я в мир сей, чтобы невидящие видели, а видящие стали слепы (Ин. 9. 39). Таким образом, притча Иисуса о пастыре и разбойниках продолжает и развивает тему духовной зоркости и слепоты. Она говорит о чуткости и восприимчивости сердца, о способности за внешними покровами – порой очень обманчивыми – узнать Бога и диавола.

Фарисеи и книжники не узнали в человеке Иисусе своего Господа, Христа и Спасителя. Но именно поэтому в их присутствии Он и сравнивает Себя с пастырем, пастухом. Для нас сегодня пастух – это одна из экзотических, довольно тяжёлых и низкооплачиваемых профессий. Это представление не далеко от истины: сегодня в России самая высокая зарплата у пастухов – в Брянской области, и составляет она всего лишь двенадцать с половиной тысяч рублей. В нашем общественном сознании пастух – значит провинциал, деревенский житель, неуч, способный лишь к физическому труду. Этот взгляд уже меньше соответствует действительности: наибольший спрос на пастухов сейчас – в Московской и Ленинградской областях; то есть даже сегодня быть пастухом – не значит жить в глуши, на социальном дне.

В Израиле же времён Иисуса Христа занятие пастуха и вовсе ассоциировалось с царской властью и божественным достоинством. Дело в том, что в древности на Ближнем Востоке боги и цари часто изображались как пастыри своего народа. Месопотамский бог солнца Шáмаш восхвалялся в гимнах как пастырь всех, кто находится внизу. Египетский бог солнца Амон, царь богов и покровитель фараонов, изображался как пастырь, который приводит стада на пастбища, то есть питает свой народ. Подобно овцам, которые полностью зависят от заботы своего пастыря, жизнь людей зависела от милости царя и богов. Единый истинный Бог Яхве открывался Израилю, используя этот же метафорический язык. В книге Псалмов о Боге часто говорится как о Пастыре, а о Его народе – как о стаде: Пастырь Израиля, внемли! Водящий, как овец, Иосифа, восседающий на херувимах, яви Себя (Пс. 79. 2); А мы, народ Твой и Твоей пажити овцы, вечно будем славить Тебя (Пс. 78. 13). В пророческих книгах грядущий Спаситель Израиля, Христос, тоже изображается как Пастырь: Я буду пасти овец Моих и Я буду покоить их, говорит Господь Бог. Потерявшуюся отыщу, и угнанную возвращу, и пораненную перевяжу, и больную укреплю, а разжиревшую и буйную истреблю. Буду пасти их по правде (Иез. 34. 15 – 16).



Итак, почему же Иисус, отвечая на обвинения фарисеев, сравнил Себя с пастухом? Теперь мы можем ответить на этот вопрос, опираясь не на свои догадки, а на Слово Божие. Иисус обращался к людям, которые хорошо знали Писания. Сравнивая Себя с пастырем, Он хотел таким образом сказать им, что Он и есть тот самый Пастырь Израиля, Его Царь и Господь, о котором сказано в Писаниях. Иисус – это обещанный сын Давида, о котором Бог сказал через Иезекииля: Раб Мой Давид будет Царём над ними и Пастырем всех их, и они будут ходить в заповедях Моих (Иез. 37. 24). Пророк Иезекииль жил на 400 лет позже царя Давида, и поэтому Давид в его пророчестве – это обещанный Израилю потомок Давида, Христос. Таким образом, сравнивая Себя с пастырем, Иисус говорит учителям народа: «Я – сошедший с небес Царь и Господь, Я – ожидаемый всеми вами Пастырь и Спаситель».

Фарисеи не были язычниками и уж тем более атеистами. Они верили в Бога и вели вполне благопристойный религиозный образ жизни. Они прекрасно знали Писание. Почему же они не поняли Иисуса, ведь Он использовал совершенно понятные для них слова и образы? Неужели они были настолько глупы? Конечно же, нет. В отношениях человека с Богом способность понимания зависит не только от уровня интеллекта и объёма знаний. Не случайно я заговорил в начале своего размышления об огромной культурно-исторической дистанции между миром Нового Завета и тем, в котором живём сегодня мы. Не только неверующие люди, но и многие христиане думают, что Библия устарела, её язык стал непонятным и больше не способен взволновать и вдохновить нас. Кажется, что если заменить старые еврейские образы на более современные и близкие нам, то христианское послание наконец-то станет убедительным и живым: Христос будет «оплачивать Богу наши счета», молитва станет «SMS-кой Богу», Евангелие – «открыткой от Бога с признанием в любви», Евхаристия – «праздничным ужином с Иисусом»…

Должен ли Иисус стать современным, чтобы быть услышанным? Зададим этот вопрос иначе: чтобы наши современники начали воспринимать Его серьёзно, должны ли мы перестать проповедовать об Иисусе как о пастухе и двери? Станут ли наши проповеди более значимыми, если мы перестанем цитировать Ветхий Завет и позволим себе перейти – хотя бы иногда – на сленг? У каждого из нас могут быть разные мнения на этот счёт. Но ни один из нас не вправе пренебрегать Евангелием, которое даёт ответ на эти вопросы: Мы играли вам на свирели, и вы не плясали. Мы пели вам плачевные песни, и вы не плакали. Ибо пришёл Иоанн Креститель, ни хлеба не ест, ни вина не пьёт, и говорите: «В нём бес». Пришёл Сын Человеческий, ест и пьёт, и говорите: «Вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам» (Лк. 7. 32 – 34). Люди всегда найдут причины для того, чтобы не верить Богу и не жить по Его заповедям. Иисус был совершенно понятен и вполне актуален для современных Ему иудеев – и они Его не приняли (Ин. 1. 11). Но уже две тысячи лет Евангелие проповедуется по всему миру – и Христа принимали и продолжают принимать люди разных эпох, языков, мировоззрений и культурных традиций, далеко отстоящих от иудейского мира I века н. э. Почему? Потому что слово Божие живо и действенно, и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные (Евр. 4. 12).

Слово Моё не подобно ли огню, говорит Господь, и не подобно ли молоту, разбивающему скалу? (Иер. 23. 29). Попытки осовременить Бога и Его Слово столь же тщетны, как и желание сделать Его подчёркнуто несовременным, архаичным. Бог не в прошлом, настоящем или будущем. Он вечен, и потому Его Слово, прозвучавшее в определённое время и в определённом месте, всегда живо и действенно.

Очевидно, что принятие или отвержение Иисуса Христа зависят, в первую очередь, не от яркости и злободневности языка Библии и церковной проповеди, а от причин совсем иного рода. Эффектные проповедники, конечно же, привлекают людей в церковь. Но привлекает ли этих людей Христос и Его Слово – большой вопрос. И наоборот, смиренная проповедь Слова Божьего, без украшательства и рекламных трюков, становится орудием в руках Святого Духа.

Не так давно я прочёл короткую историю из жизни Джона Стотта (1921 – 2011) – всемирно известного англиканского теолога и евангелиста. Однажды его пригласили провести 8-дневную евангелизационную кампанию в университете Сиднея, в Австралии. Заключительная встреча с призывом к покаянию должна была проходить в большом зале университета. И как раз накануне этого дня Стотта поразило тяжёлое вирусное заболевание, которое практически лишило его голоса. Незадолго до встречи вокруг него собрались для молитвы несколько руководителей христианского студенческого движения. Один из них прочёл слова Христа, адресованные Павлу: Довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи (2 Кор. 12. 9). Вслед за ними он прочёл ответ апостола: Буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова… ибо, когда я немощен, тогда силён (2 Кор. 12. 10). Затем они помолились, чтобы эти слова исполнились во время выступления Джона Стотта. Большой зал был полон людьми, а всё, что смог сделать Стотт, – монотонно и очень тихо проговорить в микрофон свой призыв к покаянию. После этого случая его приглашали в Австралию ещё десять раз, и каждый раз кто-нибудь подходил к нему и говорил: «Вы помните ту встречу в большом зале Сиднейского университета, когда вы потеряли голос? В тот вечер Христос призвал меня». Размышляя о смысле этой истории – и множества подобных ей – Джон Стотт говорил: «Сила заключается в Кресте Христовом и в Святом Духе, невзирая на немощь проповедника… Бог избрал немощный инструмент, чтобы принести немощную весть немощным людям. Но через тройную немощь была явлена, и по сей день проявляется, сила Божья».

Самый яркий пример явления Божьей силы в человеческой немощи – это, конечно же, апостол Павел. У него был очень развитый интеллект, но эмоционально и физически он был очень хрупким. В одном из христианских памятников конца II века он описывается как низкорослый и довольно безобразный: с лысой головой и нависшими бровями, кривыми ногами и крючкообразным носом. Он не умел излагать свои мысли просто и ясно, мы все это знаем из собственного опыта чтения его посланий. С риторикой и личной харизмой у Павла тоже были большие проблемы. И это – тот, кого Христос назвал Своим избранным сосудом (Деян. 9. 15). Как же у него получилось стать апостолом язычников (Рим. 11. 13)? Секрета здесь нет, Павел сам ответил на этот вопрос: И слово моё, и проповедь моя не в убедительных словах человеческой мудрости, но в явлении духа и силы… Ибо Царство Божие не в слове, а в силе (1 Кор. 2.4, 4. 20).

Да, люди слушают слова, но верят они не словам. Люди слушают ушами, но слышат сердцем. Две тысячи лет назад Иисус сравнивал Себя с пастухом, и одни люди не веровали в Него, а другие веровали. Сегодня мы делаем то же самое – читаем слова Иисуса, в которых Он сравнивает Себя с пастухом – и многие люди не веруют в Него, и столь же многие веруют. Потому что дело не в словах, не в том, какие образы и метафоры использует Бог для провозглашения Благой Вести. Сила жизни заключена в Его голосе, потому что это голос Любящего. Если Иисус хочет, чтобы Его сравнивали с пастухом и дверью, пусть будет так – будем говорить о Нём как о пастухе и о двери. Если для лучшего понимания Его слов надо знать Ветхий Завет – будем изучать Ветхий Завет. Если Богу нужно, чтобы мы знали и помнили, что значило быть пастухом в древнем Израиле, – будем знать и помнить.

Слово Божие – не газета-однодневка и не инструкция из пяти шагов. Бог пожелал явить Себя в событиях жизни конкретного народа и в плоти Иисуса Христа. Библия – это длинная история Божьего откровения, история, которая всегда больше каждого из нас, больше нашего времени, больше нашей культуры, больше нашего языка. Как и любая история, она живёт, пока её помнят и рассказывают. Если притчу о пастухе и овцах помнят и рассказывают уже две тысячи лет, значит, она того стоит – значит, людские сердца из поколения в поколение слышат в ней что-то очень важное.

В притче сказано о пастыре, что он зовёт своих овец по имени и выводит их (Ин. 10. 3). Да, Иисус говорит, что люди похожи на овечек – не очень разумных, но живых, имеющих имя и голос, имеющих Пастыря, Который оберегает и питает их. Современный же мир – такой разумный и творческий, такой свободный от мифов и предрассудков прошлого, – сравнивает человека с винтиком в огромной машине, с пылинкой в бескрайней вселенной, с маленьким звеном в длинной цепи эволюции. Сравнивать человека с овцой стало унизительным. Но почему-то никого не унижает отождествление человека с набором социальных функций, инстинктов и рефлексов, биохимических формул и реакций…

Евангелие Иисуса Христа не унижает человека. Притча о пастыре врывается в нашу жизнь Благой Вестью о том, что мы не одиноки в этой вселенной. Человек – это что-то большее, чем пол, возраст, язык, профессия. У каждого из нас есть лицо и имя. И каждого из нас живой Христос знает в лицо и зовёт по имени. Ни один из нас не является слишком ничтожным для того, чтобы Бог обращался к нему по имени. Всякий, кто хоть раз слышал Его голос, знает – это голос Любящего, Прощающего, Спасающего. Это голос Пастыря. Насколько порой отвратительны наши повседневные мысли, слова и поступки, настолько же – и ещё более того – велика Его любовь к нам.

Каждый день в наши души вторгаются воры и разбойники – гнев, обида, зависть, похоть власти; они приходят только для того, чтобы украсть, убить и погубить (Ин. 10. 10). Наши жизни, наши души – под угрозой. В своём неразумии и в своей беспомощности человек и в самом деле похож на овечку. Очень легко заблудиться и погибнуть во мраке собственного Я, в хаосе мыслей, чувств, впечатлений и желаний. Нам нужен Пастырь. Только Он может провести нас долиною смертной тени (Пс. 22. 4) и вывести к свету жизни, потому что только Он один победил смерть, и сделал Он это ради нас. Он один достоин доверия, потому что Его жизнь вечна и Его любовь безмерна. Он избавил души наши от смерти, очи наши от слёз и ноги наши от преткновения. Будем ходить пред лицом Господним на земле живых (Пс. 114. 8 – 9).

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments